Серьезные травмы глаза заживают месяцами. Но российские ученые нашли способ ускорить этот процесс, воздействуя на «новый орган» человека — внеклеточный матрикс.

Понимание структуры глаза объясняет, почему серьезные травмы роговицы (и не только) заживают так долго. Разработка российских ученых позволяет запустить процесс регенерации ткани, восстанавливая межклеточное взаимодействие. На съезде офтальмологов в Сочи доклад об этом собрал полный зал и вызвал исключительный интерес врачей.

Доктор биологических наук Надежда Перова, один из разработчиков формулы инновационных препаратов Сферогель и Сферооко, рассказала, что ученым удалось создать биомиметик, максимально приближенной к естественному внеклеточному матриксу человека. Сложные процессы, которые происходят на клеточном уровне, теперь можно запустить, нанося гелевый протектор на роговицу глаза.

Как образно отметила докладчик, при повреждении клетки фибробласты (в роговице — их аналоги кератоциты) бросаются на помощь как «скорая помощь», выбрасывая свое внутреннее содержимое. В обычной жизни эти клетки работают как фабрика по производству коллагена, но после травмы оказываются в «истощенном состоянии».

«Для восстановления обычно требуется до 120 дней, — поясняет Надежда Викторовна. — При этом сами фибробласты живут максимум 70-90 дней. На поверхности кератоцитов образуется от 4 до 40 различных факторов роста. Но если у фибробласта нет внутреннего содержимого, не будет образовываться ничего на поверхности для межклеточных взаимодействий — не будет сигнала на восстановление».

Стволовые клетки, приходящие на замену, не знают, «что делать» — нарушено само взаимодействие. Чем дольше длится это состояние, тем слабее становится орган.

Традиционный подход к восстановлению роговицы помимо фармпрепаратов основан на применении однокомпонентных миметиков матрикса: гиалуроновой кислоты, хондроитина, гепарансульфата.

Разработка московских ученых —протектор эпителия Сферооко — принципиально отличается от этих решений. Это не синтетический состав из нескольких субстанций, а экстракт из живых тканей.

«Мы не составляем его, — объясняет Надежда Перова. — Это экстракт, биомиметик (имитатор) внеклеточного матрикса. Применяя этот экстракт, мы имеем в распоряжении все те самые вещества, которые являются основой нашего внеклеточного матрикса». Механизм действия отличается от обычных капель для глаз. Препарат быстро встраивается в межклеточную субстанцию и начинает активно работать на уровне клеточных взаимодействий.

«Он способствует выработке клетками необходимых факторов, — продолжает Надежда Викторовна. — Отсюда нормализуется межклеточное взаимодействие, привлекающее стволовые клетки. И отсюда идет тканевое восстановление».

Говоря проще, биопротектор восстанавливает «язык общения» между клетками, возвращая поврежденной ткани способность к самовосстановлению. Это не временное облегчение симптомов — это запуск собственной регенеративной программы организма.

После завершения доклада участники съезда офтальмологов долго не отпускали докладчика, засыпая вопросами о клиническом применении препарата. Один из наиболее наглядных клинических случаев — постепенное исчезновение бельма. На языке медиков — это рецидивирующий роговичный дефект после перенесенного герпетического кератита, который сопровождается бельмом — помутнением роговицы, и может вызвать слепоту. Результаты успешного преодоления проблемы с применением Сферооко были получены в МНТК «Микрохирургия глаза» доктором медицинских наук Дмитрием Майчуком.

Важный нюанс, который подчеркивает Перова: «Это не панацея, а результат комплексного лечения».

Технология применяется не только в офтальмологии. Действующий на основе того же принципа Сферогель уже используется в хирургии, урологии, гинекологии и нейрохирургии. Везде, где требуется ускорить заживление и запустить регенерацию собственных тканей, биомиметик показывают свою эффективность.

Врачи находят новые применения препаратов, и каждое из них проходит дополнительные клинические исследования и регистрационные действия. Но главное уже ясно: российским врачам и пациентам стало доступно воздействие на внеклеточный матрикс, и это открывает новые возможности в регенеративной медицине.